![]() |
![](/zhizn_soljzenizina/otdelnie_materiali/page_word.png)
Наталья Солженицына,
Илья Луданов,
Максим Зайцев
Наталья Солженицына провела экскурсию
по выставке «Из-под глыб»
Экспозиция приурочена к 95-летию со дня рождения автора «Архипелага ГУЛАГа».
— А вот этот хлеб — ареста 1974 года, а не 1945. Его арестовали после издания «Архипелага».
В музее изобразительных искусств имени Пушкина редкий день. По выставке «Из-под глыб», приуроченной к 95-летию со дня рождения Александра Солженицына, ведет экскурсию его верная спутница и помощник писателя — Наталья Дмитриевна. Она прошла с ним череду многолетних испытаний: изгнание из страны, жизнь в эмиграции, триумфальное возвращение. Сегодня рассказывает о личных вещах и редких фотографиях автора «Архипелага ГУЛАГа». Лагерная телогрейка и фрак с церемонии вручения Нобелевской премии. Карандаши, которыми Солженицын писал в заключении бисерным почерком, чтобы листы не нашли при обысках. Эти рукописи главное достояние выставки. В витринах — автографы нескольких романов — уникальные документы отдельной творческой биографии и целой эпохи.
Илья Луданов, корреспондент:
— Я понимаю, что здесь, мягко говоря, не все, что можно было представить. Можно сказать, какая это часть, что еще драгоценного не удалось, что еще ждет своих выставочных залов?
Наталья Солженицына, организатор выставки:
— Жизнь у Солженицына была такая, что конечно, очень много потеряно. Но многое и сохранилось. Мы попытались представить рукописи как пунктир его жизни. Потому как его жизнь и его работы были связаны неразрывно. Поэтому те рукописи, которые сохранились, они представляют в таком равномерном пунктире всю его жизнь. Некоторые рукописи, правда, это не рукописи, а машинописи, но авторские машинописи. И они на правах рукописи. Потому что он был так наивен, как и все мы, что думал, что если рукопись написанную почерком написанную, то легче определить, кто ее написал, что конечно ошибка. Не ошибка, а наивность. Я должна сказать, что из всех периодов жизни самое главное, что у нас есть, мы представили. Эти рукописи прожигают. Когда люди касаются их, из них как бы бьет такая энергетика и такое пламя, что оно завлекает людей.
Илья Луданов, корреспондент:
— Я хотел спросить про рукописи еще. Там представлены: «В круге первом», «Архипелаг ГУЛАГ», «Красное Колесо» и «Раковый корпус». Но ты смотришь, и нет пометок, нет зачеркиваний. Это какая версия?
Наталья Солженицына, организатор выставки:
— Разных вещей разная. «В круге первом» это вообще машинопись на правах рукописи. Он сжег первые две редакции, это третья редакция, но сейчас она первая. «Раковый корпус» это первая редакция и там очень много поправок. «Архипелаг ГУЛАГ» он вообще весь в поправках, в перестановках, в вычеркиваниях, добавках. Там сделан тачскрин, можно посмотреть, как это сделано. «Красное Колесо» — это предпоследняя редакция. Тоже там много правок, но меньше, пожалуй, потому что очень большая работа предшествовала этой редакции, но и после нее еще были машинописные и другие редакции. Он большой-большой был труженик и изучал огромное количество материала.
Материал размещен 12.02.2014